Проклятая вечность. Глава 1


Ночь вступала в свои права, заявляя о них, накрывая мир тьмой, для одних почти родной, для других зловещей. Рон не относился ни к одной из категорий, но почти каждую ночь намеренно ступал во владения тьмы. Он искал ее слуг на пустынных улицах, в шумных клубах, тихих парках и уютных кинотеатрах. Искал, чтобы отправить в ад. Спасти, если не чью-то жизнь, то, по крайней мере, бессмертную душу. Вскинув на плечо скрипичный футляр, молодой человек бросил быстрый взгляд в зеркало, усмехнувшись уголком тонких губ коротко стриженному голубоглазому блондину. Ничем не примечательному благодаря неброской повседневной одежде: потертые джинсы, рубашка, ветровка, — что позволяло легко сливаться с толпой и оставаться неузнаваемым по общим приметам. Взялся было за ручку входной двери, когда раздался звонок, и он безбоязненно открыл дверь:

— Не боитесь гулять по ночам, святой отец?

— Рональд, я не молод, чего мне боятся? — с тихим смехом поинтересовался мужчина и, первым делом, скинул чуть влажный от накрапывающего снаружи дождя чернильный плащ, аккуратно повесив на простую вешалку в углу. Затем лишь снял шляпу, открывая лицо. Вопреки собственным словам, выглядел визитер не старше сорока пяти, но на висках уже пробилась седина. Взгляд голубых глаз был светел, однако в них светилась мудрость недоступная многим старикам. Чуть прокашлявшись, он поправил колоратку и взглянул на юнца. — Пригласишь войти?

— У меня запланирована охота, но... проходите, — молодой человек отступил в сторону, пропуская гостя в прихожую. — Выпьете чего-нибудь?

— Рон…

Мягкое предостережение напополам с осуждением в мягком голосе священнослужителя заставили хозяина квартиры прыснуть и состроить максимально невинное лицо:

— Я имел в виду: чай или кофе, святой отец! Как вы могли подумать о чем-то ином?

— Ну конечно, конечно, — хмыкнул мужчина, располагаясь в предложенном кожаном кресле у резного кофейного столика. — В таком случае черный с мятой, если возможно.

— Хорошо, что я знаю ваши вкусы. Одну минуту.

Ровно за столько нагревалось в чайнике энное количество воды, а Рон успевал сделать необходимые приготовления. Кофе, хороший кофе, пришлось бы ждать дольше, а так…

— Что привело вас в столь поздний час, отец Марк? — поинтересовался Рональд, поставив на столик чашку ароматного чая и розетку с печеньем. — Есть работа?

Ему нравилась вольная охота, когда он сам выбирал жертву и, преследуя ее, ни на кого и ни на что не оглядывался. Однако задания, как правило, оставались интереснее и требовали творческого подхода, что было привлекательно по-своему. Да и он никогда не искал легких путей.

Мужчина нахмурился, чуть поджав губы, а затем, тихо вздохнув, вытащил из кармана сутаны конверт, чтобы протянуть собеседнику.

— Орден недоволен твоей деятельностью, связанной с поисками Марселуса Элдетри. Наши ресурсы велики, это так, но неразумно тратить их, гоняясь за призраком давно почившего вампира. Прости за каламбур…

Рональд прищурился, улыбка спряталась в уголках губ, но конверт он принял, не распечатывая, положил рядом на край стола. Тема была слишком больной, чтобы удержать на лице маску безмятежности.

— Элдетри жив. Я это чувствую. Тут, — негромко, но твердо возразил он визитеру. Накрыл ладонью район солнечного сплетения, где жили предчувствия, не раз спасавшие ему жизнь.

Священник поморщился:

— Главное, не говори такого при инквизиторе. Он разберет тебя по косточкам в поисках укуса. Только обращенные лично Элдетри могут чувствовать его. Все остальное — самоубеждение. Отпусти свою ненависть, дитя мое, тебя ведет месть, потому ты и не желаешь верить в его смерть.

Рон отвел взгляд. Священник был прав, в груди действительно долгие годы тлела ненависть, разъедая душу, но не она вела его по этому пути.

— Элдетри жив, — упрямо повторил он, хмурясь все сильнее.

— Рональд, как твой наставник... — мужчина тихо вздохнул и чуть подался вперед, делая их разговор чуть менее официальным и чуть более доверительным. Коснулся затянутой в перчатку из тонкой кожи рукой плеча воспитанника. — Как твой друг, Рон, я прошу тебя, остановись. В погоне за тенью сложило головы людей больше, чем в охоте за реальной нечистью. Помни, что наша задача: оберегать людей от нечистых, а не удовлетворять в работе темнейшие из своих вожделений.

— Именно, и Элдетри — один из самых сильных и опасных из них. То же, что последние годы он удачно скрывается за легендой о своей кончине, делает Марселуса опаснее во сто крат. Однако меня не провести, — молодой человек любовно погладил скрипичный футляр, словно невзначай отщелкнув застежку. — Настанет час, и мое оружие напьется черной крови.

Подняв глаза, напоролся на полусочувствующий, полуосуждающий взгляд священнослужителя.

— Рональд, ты теряешь разум... Если ты не образумишься, это задание станет для тебя последним.

Чуть заметно вздрогнул, получив удар под дых:

— Даже если меня отстранят, я продолжу охоту, — предупредил он, не скрывая намерений. Взял конверт, чтобы ознакомиться с заданием, вскрывая чуть более резко, чем следовало бы, надорвав листок со знакомым витиеватым вензелем в углу. Послание принадлежало лично перу инквизитора.

Ему следовало проверить деятельность, а также главу некой новой организации, — читай секты, — которая набирала в свои ряды молодых и здоровых людей, желающих построить новый мир, где верные адепты будут жить вечно. "Возрождение". Звучало до отвращения знакомо, и Рон нахмурился, вспоминая. Да, верно, слышал он про организацию в одном из клубов. Кажется, у него даже пылилась брошенная в стол брошюра — издержки профессии, все, что связанно с вечностью, невольно вызывает подозрение, настораживает.

— Мне следует внедриться или провести внешнюю разведку?

— Внедрение не твой конек, Рональд, — заметил мужчина и чуть качнул головой, грея ладони о чашку чая, но так и не сделав ни единого глотка. — И мы оба это хорошо знаем. Поэтому я и пригласил тебе в пару специалиста.

Специалиста? Рон слышал о подобной практике ордена, однако сталкивался с ней впервые. Он поднялся, чтобы открыть дверцу бара и плеснуть в бокал немного обжигающей жидкости, один запах которой заставил святого отца морщиться. Раздраженно фыркнув, тот медленно перевел дыхание, чтобы поведать, что существуют люди в чем-то компетентнее. Напарник, например, специализировался на оккультных сообществах и знал все о сектах.

Рональд засмеялся, одним глотком допивая виски, и заверил, что ему достаточно возможности охотиться и отправлять в ад кровососов. Заметил лишь, что собеседник чересчур возбужден, а потому предвзят. У святого отца был тяжелый день?

Детали операции в конверте отсутствовали, из чего Рон сделал вывод, что главным в тандеме будет не он, но ни уточнять, ни переспрашивать не стал, со все возрастающим беспокойством посмотрев на собеседника, промокнувшего носовым платком выступивший на лбу пот:

— Вам нездоровится? Могу подбросить до ордена, — предложил он.

— Если не сложно, — тихо вздохнул отец Марк, поднимаясь, и устало потер переносицу. — Заодно познакомишься с напарником. Он сейчас там, изучает необходимые для операции материалы.

— Разумеется, нет.

Оставив на столе нетронутую, давно остывшую чашку чая, они покинули квартиру и вышли на улицу. Рон на миг поднял лицо к небесам, вдыхая полной грудью прохладный ночной воздух, что прочищал мозги даже лучше кофе. Как и любого одиночку, перспектива совместной работы несколько напрягала, но иногда в жизни приходится терпеть неудобства, ничего не поделаешь. Сев за руль темно-серебристой “хонды”, достал сигарету, покрутил в пальцах и убрал обратно в пачку — святой отец не выносил запаха табака.

— Он хоть не послушник? — спросил Рон, заводя мотор.

— К чему такое презрение в голосе? Ты и сам был послушником, — чуть усмехнулся мужчина, пристегиваясь. — И нет, он не послушник. Даже не член ордена. Хотя близок нам по духу.

— Вы настолько ему доверяете? — удивился Рональд, игнорируя замечание относительно своего прошлого. За которое, между тем, был благодарен святому отцу, подобравшему его в темном переулке над обескровленными родителями, дав шанс жить по-человечески и каждую ночь истреблять страх, что поселился глубоко внутри.

— Не все эксперты входят в орден, — заметил священник и светло взглянул на подопечного. — Ты бы знал это, если бы старался чуть больше вникать в его дела.

— Я простой охотник… — бросив взгляд на собеседника, Рон вздохнул. — Ладно, орден стал для меня не домом, но средством к достижению цели и не более, — признался он. — Но вы… Вы другое дело, святой отец. Думаю, не особенно ошибусь, если скажу, что обязан вам всем.

— Не преувеличивай моих заслуг, я лишь делаю то, что в моих силах, — чуть улыбнулся отец Марк, как показалось Рону, слегка печально, но священнослужитель погрузился в молчание, пальцами перебирая поля своей шляпы, и молодой человек не решился прервать его раздумий.



© Балашова Е.С., Захарова И.Ю. 2017

Просмотров: 6Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все

Миссия