Проклятая вечность. Глава 3



Когда один из послушников потряс его за плечо часов в одиннадцать утра, Рон послал его к черту, и совесть при этом не подала даже признаков жизни. Буквально кожей почувствовал гнев, но мальчишка сдержался и не попытался придушить богохульника подушкой. Лишь фыркнул, что отцу Марку нездоровится, но тот распорядился дать Рону полный доступ к арсеналу. Такое у них бывало только во времена военного положения, то есть — не часто.


Каждый раз попадая в мрачноватое, тускло освещенное помещение, сокрытое в недрах подземелья, Рональд думал, что, наверное, их арсеналу позавидовал бы и Ватикан. На самом деле, тут имелись экспонаты, которые оттуда и прибыли сотню лет назад или две. Он с удовольствием поиграл бы в некоторые игрушки, но, увы, сейчас его интересовали вещи современные и не отличающиеся оригинальностью. Что-то не отличимое от обыденных предметов, не вызывающих подозрений, но с другой начинкой. Например, осиновый карандаш или спрей освежитель для полости рта со святой водой.


Еще требовалась схема помещения, чтобы попытаться хоть набросать план, и благо «золотой мальчик» смог ее раздобыть, оказавшись не так уж бесполезен. Вот только помещение Рону не нравилось от слова совсем. Огромный зал, в котором должна была проходить встреча, имел два входа: один из холла для гостей мероприятия, второй — винтовая лестница откуда-то из глубины дома, ведущая на подиум, где располагались места устроителей. Все двери на время собрания запирались подручными, а окна закрывались рольставнями. По сути: железобетонный мешок, куда можно войти, но невозможно выйти.


Плохая идея, ой, плохая…


— И сколько ожидается человек, помимо адептов? — полюбопытствовал он. Машинально потянулся за сигаретой, но так и не вынул ни одной из пачки. В библиотеке курить запрещалось категорически. И правильно. В случае пожара, потери оказались бы невосполнимыми, и не только для ордена.


Марсель, в кой-то веке, отвлекся от ноутбука и подошел к схеме, прихватив карандаш.


— Пять человек охраны: два на входе, три у подиума. Примерно столько же вербовщиков будут сидеть в первом ряду. Насколько мне известно, пять человек устроителей. Будут впаривать страждущим о вечной жизни взамен на их кровные.


— Или кровь… — негромко добавил Рональд, прикидывая в уме, как с наименьшими потерями покинуть помещение, в случае провала. — Хорошо, что этаж второй.


Хотя времени на ставни у них, скорее всего, не будет.


Они обсуждали план еще долго, не в состоянии состыковаться в деталях, которые разнились в зависимости от истинной сути организации. Так что, ко времени сборов, у них появился не только план “б”, но и “в”, и “г”. И это при богатом опыте Рональда… Голова гудела, прилечь бы хоть на пол часика, но у кованых ворот цитадели притормозил уже знакомый автомобиль. Пора. Вздохнув, Рон любя скользнул ладонью по футляру с верным оружием, что не раз спасало ему жизнь, но сегодня должно было остаться в обители, и решительно поднялся.


— Не боишься за тачку? — как можно непринужденнее поинтересовался он у напарника, маскируя волнение.


— Машина — меньшее, что меня беспокоит, — отозвался тот, поправляя манжеты своей рубашки. Казалось, что без ноутбука золотому мальчику просто нечем занять руки.


И правильно, ведь ставкой в этой игре были их души, не больше ни меньше. Назовите это как хотите: интуицией, предчувствием, но Скрипач был уверен, что сектой там и не пахнет. Он уже достаточно побывал в переделках, чтобы чуять не хуже зверя, а потому готовился к худшему.


Марсель выглядел спокойным, разве что, то и дело, теребил кольца на руке, которые довольно странно смотрелись с костюмом тройкой. Рон в костюме чувствовал себя неуютно, и дело даже не в том, что подобная одежда сковывала движения, а просто сроду их не носил. Галстук душил. Однако Лангле настоял, и, когда они подъехали к особняку, охотник понял, что эта деталь одежды не являлась простой блажью. Будущие адепты уже собрались в месте встречи: богатенькие, холеные… Даже закрась мысль, что на этот раз интуиция его подвела, уж больно лакомый кусочек представляли они для сектантов.


В роскошно обставленном холле рекой лилось шампанское, и велись тихие светские разговоры. Обсуждали, конечно, перспективу вечной жизни и возможность за нее заплатить. Вечная жизнь, несомненно, не в сердцах людских и памяти, а, следовательно, за этим стояли вампиры или надувательство, в котором фигурировало некое открытие, эликсир…


— Меня сейчас стошнит, — тихо поделился с напарником Рон, когда они ненадолго остались одни.


— От духоты или от фальши? — поинтересовался Лангле, осушая бокал шампанского и провожая гостей цепким взглядом.


— Они в самом деле верят, что за деньги можно купить даже бессмертие?


Рональд покачал головой, делая осторожный глоток — непривычный напиток мог вскружить голову, а еще, туда могли что-нибудь подсыпать…


— Люди готовы поверить во что угодно, особенно, если их правильно убеждать… Сначала духовные практики, потом утечка денег, а затем здравствуй групповое самоубийство, ибо для жизни вечной нужно скинуть оковы бренной плоти, — Марсель тихо фыркнул и кивнул, обращая внимание Рона на то, что подручные открыли дверь в зал собрания.


Поставив бокал на ближайшую ровную поверхность, Рональд первым двинулся навстречу тому, что ожидало их этой ночью. Труднее всего оказалось надеть улыбку, подражая тем, кем они прикидывались. Пройдя к креслам, занял место в последнем ряду, чтобы не лезть на глаза учредителям и охранникам и при этом видеть все, что происходит в помещении. Почти все… И это напрягало. Особенно когда за спиной, словно крышка гроба, захлопнулись двери. Поворот ключа был гвоздем в массивную крышку. Он незаметно перевел дыхание и нащупал в кармане флакончик со святой водой. Да, тот самый, замаскированный под спрей. Спокойно.


Свет приглушили, перенесли ближе к подиуму, и взгляды присутствующих обратились к тем, кто обещал бессмертие. Рональд напрягся — молодые, холеные, уверенные. Живые. В этом он не сомневался. Неужели интуиция действительно подвела его?..


Произносимая речь, с одной стороны, казалась абсолютно прозрачной, без скрытого контекста, с другой, что-то в ней неуловимо напрягало. Может, к адептам применяли технику сходную с НЛП? Рон не мог ответить, инстинктивно подбираясь, когда лектор, наконец, приступил к главному, и прозвучали слова: Нам всем сегодня придется умереть, чтобы возродиться и шагнуть в вечность. Нет. Нет, он не собирался умирать, чтобы ни стояло за этими словами, и бросил быстрый взгляд на напарника, проверяя степень его готовности… к чему бы то ни было.


Лангле выглядел недоуменно, но в то же время заинтересованно приподнял бровь, словно задавая вопрос: и как вы себе это представляете? Рону захотелось его придушить. Не успел. Охрана выпустила клыки, и мгновением спустя, первый ряд адептов оказался атакован. Остальные с воплями кинулись прочь. Только бежать было некуда. Рука машинально скользнула на плечо, забывая, что футляр остался в обители, да и роль их заключалась в другом: вернуться со сведениями, а не спасать тех, кто напоролся на то, за что боролся.


— Бежим! — схватил он Марселя за руку и потянул к заднему выходу.


К счастью, реакция у напарника оказалась на высоте.


Их заметили. Бросились наперерез, и Рональд вытащил спрей, направив струю в клыкастую физиономию. Вампир закричал, но задерживаться, чтобы проверить, хватило ли порции для смертельного исхода, они не стали. Другого охотник отбросил ногой, неуклонно двигаясь к цели и ни на миг не отпуская руки Лангле. Спасение было буквально в нескольких шагах, между ними стояли лишь четверо вампиров и дверной замок.


Первому из желающих отведать их крови святая вода намочила рукав, а затем флакончик выбили у Рона из рук, возле самого лица сверкнули клыки. Локоть напарника пришлось выпустить. Рон увернулся, подставив ножку второму вампиру, одновременно выхватывая осиновый карандаш, на который тот и упал грудью, рассыпаясь в прах.


— Марсель! Дверь!


Ответа в общем гуле охотник не услышал и, чертыхнувшись, умудрился увернуться от очередного нападающего, действуя скорее на автомате, интуитивно. Кинулся было к дверям, когда те распахнулись сами, являя на пороге отца Марка. На краткий миг Рональд опешил. В следующий, грязно выругался, заметив в печальной улыбке священника клыки. Разрозненные, не позволяя увидеть всю картину и осознать, что тревожило его, фрагменты мозаики сложились в голове, и он как никогда до этого остро почувствовал себя в западне.


Едва не пропустив очередной маневр противника, остервенело нанес удар. Вампир успел увернуться, а оступившийся Рон улетел спиной в грудь священника. Святой отец отпихнул его от себя, уводя из-под очередного удара охранника, чтобы самому кинуться на нечисть. Нечисть, которой теперь являлся и сам. И внутри затрепетала надежда, что не все потеряно, что все вместе они выберутся отсюда. Найти бы еще Марселя…


Не судьба. Обернувшись в пылу схватки к очередному желающему отведать его крови, Рональд узнал в нем священнослужителя.


Святой отец… Всю свою жизнь тот боролся со злом, что теперь завладело его телом, но, молодой охотник был уверен, не душой, которая страдала в плену Тьмы. Эта боль плескалась в потемневших глазах, когда отец Марк все понял и подавил жажду крови, на мгновение взявшую над ним верх. Отшатнувшись было от своего ученика, вновь подступился и сжал пальцы, держащие оружие, своими, направляя карандаш в черное сердце. Печально, болезненно и в то же время с надеждой улыбнулся.


— Мне так жаль, отец Марк… — выдохнул охотник, нанеся быстрый, точно выверенный удар, поразив мертвое сердце. Увы, это единственное, что он мог сделать сейчас для человека, которому обязан всем, вернув за сделанное добро — освободить душу, которой место на небесах, а не в аду бессмертия.


В черных глазах вампира промелькнула боль, продлившись лишь краткий миг. Спустя который он рассыпался в прах. И эмоции охватили Рональда, стиснув горло, мешая дышать и мыслить здраво. Ноги подкашивались, но его привели в себя. Тихий смех и… аплодисменты? Воспользовавшись секундной растерянностью охотника, оружие выбили ударом ноги. Схватили, заломив руку за спину, заставляя тихо зашипеть, и развернули лицом к… Марселю.


— Трагизм достойный Шекспира, — засмеялся тот, снимая очки и кладя их на небольшой поднос, что подал один из организаторов вечера. Туда же, одно за другим, полетели кольца. Снимались те с большим трудом, заставляя Лангле шипеть от боли — серебро оставило на пальцах ожоги. Глубокие, почти до кости. Человек орал бы от боли, если бы вообще остался в сознании. Однако перед Рональдом был не человек. Явно не человек. И чем больше колец оказывалось на подносе, тем яснее это становилось. Менялась энергетика. Менялась внешность. Когда последнее кольцо оказалось в общей куче, рука носителя была окончательно искалечена, а перед молодым охотником предстал Марселус Элдетри. — Давно не виделись, Рональд. Говорят, ты искал меня.






© Балашова Е.С., Захарова И.Ю. 2017

Просмотров: 0

Мы в соцсетях

  • Black Vkontakte Иконка

Балашова Е.С., Захарова И.Ю. © 2018 — 2020