Жизнь на осколках. История 13: Перспективы


Лежать пластом и дальше, становилось тошно до невозможности. Из общей гостиной доносились приглушенные голоса, и Маша вышла из комнаты, накинув чужой халат, предусмотрительно оставленный кем-то на спинке единственного стула. Впервые за долгое время она искала общества других людей, медленно, но вспоминая, что такое забота, общение, горячая пища… Что существуют мужчины, которым от женщины нужно не только ее тело.


Застыв на пороге, некоторое время наблюдала, как дети, повторяя за Любой, лепят вареники с творогом. Ну а что, как говорили в прошлой жизни: “Дешево и сердито”, учитывая, какую ораву надо кормить каждый день. Не зная, как и с чего начать, Маша просто заняла одно из свободных мест, но потянуться к тесту немытыми руками не решилась.


Дети притихли, разглядывая гостью, Люба приветливо улыбнулась, а в глазах промелькнуло беспокойство:


— Как ты?


— Нормально, — заверила Маша, пока не сумев заставить губы отблагодарить девушку улыбкой. Разучились. Ладно хоть слова с каждым разом давались все легче. — Где Толик?


Кажется, парню пришлось не в пример хуже. Сквозь беспокойный сон, а может бред, несколько дней назад она слышала, как тому делали искусственное дыхание.


— Они ушли вчера, хоронить других пострадавших.


Слова слетели легко, значит, это были не их мертвецы. Однако, зачем тогда тратить на них силы? Время и звери сделали бы свое дело и без постороннего вмешательства.


— Все? А кто защищает это место?


В отличие от ее логова, поселение общины было слишком заметным, чтобы, однажды, сюда не пришли другие люди. И не факт, что с мирными намерениями.


— Я, — кивнула Люба на обрез, что лежал на столе чуть поодаль.


— Тлупов очень много, — пояснила кучерявая малышка, видимо запомнив, что говорили взрослые.


— Можно подержать?


— Только курок не трогай. У обреза предохранитель иногда заедает, так я сняла, на всякий пожарный.


Дотянувшись до оружия, Маша погладила его, прежде чем примерить на себя, целясь в стену, разглядев в прицел малейшие трещинки. Приятная тяжесть оружия точно наполняла уверенностью, чувством превосходства. Была бы у нее такая пушка тогда… Маша качнула головой, прогоняя воспоминания, и положила обрез на место.


— Толик учил?


— Нет, Виктор, — отозвалась Люба, не прекращая лепить будущий ужин. Тихо шикнула на детей, что попытались шалить, пачкая друг друга мукой.


— Не лучшая компания, — позволила себе заметить Маша.


— Знаю, — вздохнула собеседница, заливаясь легким румянцем, знать, уже успела в полной мере познакомиться с темной стороной подобных персонажей. — Но, мне кажется, он не совсем потерянный. Он столько делает для нас. Для общины.


— Тяжело выживать... в одиночку, — заметила Маша, пытаясь развеять ложные надежды собеседницы. Люба ей нравилась, отчасти, напоминая ее саму до того, как она стала игрушкой в чужих руках.


Но та словно не слышала или не хотела слышать предостережений:


— С детьми ладит. А дети они как кошки, никогда не потянутся к плохому человеку.


— Я не кошка, я кролик, — возразила малышка, которая, вероятно, видела усатых-полосатых только на картинках, не в пример кроликам, стоило ли удивляться, что она ассоциировала себя именно с ними?..


— Помолчи, — негромко, но неожиданно строго и твердо велел сестренке белобрысый мальчишка и посмотрел на гостью в упор. — Люба психолог, она лучше знает. А Виктор — добрый, просто не встретил ее раньше.


— Вася! — испуганно прикрикнула на него Люба, подтверждая Машины догадки — Виктор ей нравился. — Лучше сбегай, посмотри, подоила ли Света козу. До ужина еще долго, нашей гостье не помешает выпить молока. Сегодня сядем позже, дождемся наших.


Парное молоко с еще теплым белым хлебом. Такого Маша не пробовала уже очень давно, много дольше, чем длилась новая эра, начало которой ознаменовал всемирный катаклизм. И она как могла растягивала удовольствие, устроившись на лавочке с видом на пастбище, за которым начинался лес и руины. Хорошо тут: спокойно, сыто и относительно безопасно. И чем дольше Маша тут оставалась, чем больше узнавала обитателей, тем настойчивее скреблась мысль о том, чтобы остаться.


Кроме того, они сами предлагали. Но... Ребята уже притерлись друг к другу, сплотились, работая как единый механизм. С ее же появлением все начнется сначала. Да и приживется ли, не принесет ли с собой раздоры, нарушив положение сил в группе. Как минимум, заставит потесниться. А внести достойную лепту, отрабатывая кров и пищу, сможет ли? Нет, подобные решения следовало обдумать как следует, все взвесить. Благо ее пока не торопили и не гнали, наоборот, пока окончательно не поправится, не отпустят. Хорошие они.


За созерцанием сельской идиллии и размышлениями время летело незаметно, погружая в своего рода транс. Так что Маша невольно вздрогнула, когда кто-то дернул ее за рукав. Сработали рефлексы, и она резко отпрянула, одновременно разворачиваясь лицом к… девочке. Вздрогнув, та невольно попятилась. Засмеялась, видимо, найдя ситуацию забавной.


— Теть, пойдем. Мамочка кушать зовет.


— Вернулись?


Девочка активно закивала головой, вновь потянув за рукав:


— Консервированные ананасы принесли. Ты пробовала? Они вкусные? Сказали на днюху откроем. Это праздник такой?


— Вкусные, — вздохнула Маша, вспоминая сколько вкусняшек осталось в прошлом и которые им вряд ли доведется еще когда-либо попробовать. А малышка даже не узнает, чего была лишена. — А чья днюха?


— Как “чья”? Они разные бывают?


Леночка чуть не запрыгала от радости, как и любой ребенок радуясь каждой возможности повеселиться и вкусно поесть. Особенно когда таких поводов так и много. Знать, тяжко им пришлось эти два года... Раз они даже дни собственного рождения позабыли.


— Да. У каждого есть день, когда он появился на свет. Обычно, человека в этот день все поздравляют и дарят подарки.


— А где подарки берут?


Как же все запущено... Впрочем, стоит ли удивляться? Дети выросли на руинах, а взрослые заняты выживанием общины и попытками сделать жизнь хоть капельку комфортнее, им не подарков. Куда важнее научить детей различать съедобные грибы и ягоды от ядовитых, доить козу, правильно разводить огонь...


— Приносят из магазина или делают своими руками. Подарок должен быть полезен или приятен именно этому человеку, потому так важно знать чья днюха.


Задумалась. Не иначе над подарком. Подвела к стулу в конце обеденного стола, показывая ее место. Поприветствовав собравшихся, кивком головы, Маша покорно опустилась на стул, придвинув тарелку с варениками. В каждой было ровное количество штук независимо от обязанностей и возраста присутствующих.


Однако, прежде чем все набросились на угощение, Степка поднял руку, привлекая внимание:


— Перед тем, как мы приступим, возблагодарим нашу мать-природу за дары ее и за милость, дарованную нам в момент испытаний, — демонстративно сцепив пальцы в замок, дождался, пока все неуверенно последуют его примеру. Культист что ли?.. Прикрыв глаза, забормотал слова короткой “молитвы” явно сочиненной то ли на ходу, то ли накануне и еще не заученной наизусть.


Когда ложки наконец застучали по тарелкам, Толик объявил:


— После ужина не расходитесь, надо обсудить кое-что.


— Да уж будьте любезны, — заметила Люба, и взгляд ее как-то недобро выстрелил в сторону мужской части общины.


Поймав взгляд Толика, Степан развел руками, насколько позволила ему позиция, зажатая между Лешкой и Виктором:


— Ну, что я говорил, — позволил он себе вставить комментарий.


Однако, с ними скучно не будет… Так может плюнуть на все и хотя бы попытаться влиться в чужой коллектив, стать его частью? Неужели не найдется у нее за душой хоть пары качеств и талантов, которые пригодятся общине? Не без рук-ног небось...


© Захарова И.Ю. 2020

Мы на других ресурсах

Ваттпад. Лого для сайта мини.png
  • Black Vkontakte Иконка

Балашова Е.С., Захарова И.Ю. © 2018 — 2020