Жизнь на осколках. История 4: Чужие

Пост обновлен февр. 20


Очередной день, как две капли воды похожий на вчерашний, приближался часам к пяти пополудни, если верить маленьким солнечным часам, что соорудил на полянке Степа. Жизнь "после" успела найти свою колею, принеся стабильность, которая постепенно перешла в привычку. И теперь, когда мужская часть общины всерьез задумалась о переезде в более благоприятное, но не обжитое место, Света, лично, испытывала тревогу и даже внутренний протест. Перемены пугали. Кто знает, как оно повернется?..


Подоив козу, мирно пасущуюся рядом с бараном, быстро оценившим преимущества своего нового места обитания, она направлялась в дом, когда заметила, как из леса, еще не так уж и давно бывшего местным парком, выскочил Лешка. Он вел себя как-то странно, оглядываясь и ускоряя шаг.


— В дом, — велел он, только оказавшись рядом. — Дети где?


Света растерялась, чувствуя, как передается ей тревога и напряжение парня.


— С кроликами играют, — наконец, выдохнула она, подавшись назад. Плеснув на землю еще теплым молоком.


Однако Лешка удержал ее за локоть:


— В дом иди. Я их приведу. Спрячьтесь все и не издавайте ни звука, пока не позову.


Света уперлась:


— Леееш, что случилось?


— Чужие, — бросил он, оставляя ее одну, чтобы через две минуты привести притихших детей.


Люба немедленно прижала их к себе. Точно родная мать. Перевела взгляд на Тору, заметив, что собаку вряд ли заставишь молчать. И оказалось, что сам Лешка прятаться не собирался. Мол, видно, что место обжитое. Начнут хозяев искать, а так, один он тут, и все. Да и заметили его, похоже.


— И ты привел их за собой, — констатировала хранительница очага. — Отлично...


— Люба! — шикнула на нее Света, вступаясь за любимого. В конце концов, куда тому было идти, как не домой, где и родные стены... — А может, мы просто закроем ту большую дверь с механизмом?


— Нет!


— Но почему?


Лешка как-то устало с оттенком обреченности вздохнул, точно умудренный жизнью учитель беседовал с неразумным дитя:


— Потому что я не уверен, что мы сможем ее потом открыть. Да и ребята скоро вернутся, — пояснил он таки свою позицию.


В углу глухо зарычала Тора, и он толкнул Светку в сторону подсобных помещений.


— Ну идите же, — тихо выдохнул он.


Люба схватила ее за руку и потянула в кладовку. Там было, где спрятаться. Однако, посадив притихших детей в шкаф, завалив старыми газетами на растопку и велев сидеть тихо, что бы ни случилось, Люба сняла со стены тяжелую чугунную сковороду. Толик долго за такими охотился по ее заказу. Ибо долговечнее они, чем с покрытием, имеющим обыкновение стираться со временем.


— Что ты собираешься делать? — зашептала Света, хвостиком следуя за подругой.


— Пока ничего. Но если ситуация выйдет из-под контроля, я так просто в руки не дамся.


Догадываясь, что подразумевает Люба под этими словами, Света закусила губу и, прихватив со стола кухонный нож, перепачканный в томатах, нырнула следом, затаившись за небольшой поленницей. Здесь, возле самой стены смежной с общей залой комнаты, все было хорошо слышно, и Светка затаила дыхание, когда сквозь собачий лай послышались голоса.


— Люди... — кажется, искренне взволнованно протянул незнакомец с хрипотцой. — Мы так давно никого не встречали, что думали, что остались одни.


— Да, мы... с Торой тоже давно никого не видели, — заверил Лешка, повысив голос на собаку. — Тише, девочка! Даже растерялся сперва.


— Испугался, — добавил второй незнакомец, вероятно, старше и опытнее. — Оно и понятно. Речь сейчас идет о выживании, если не вида в целом, то отдельных личностей, а у вас вон хозяйство приличное. Его защищать надо.


— Хотите предложить свои услуги?


“У них огнестрельное оружие”, — одними губами пояснила происходящее за стенкой Люба, и сердце испуганно забилось. Света подалась было прочь из укрытия, сама до конца не понимая, что намерена делать, но ее удержали. “Спалить его хочешь?”


Что постарше засмеялся:


— Да рады бы, только другая у нас цель, — признался он.


Светка замерла, ожидая трагической развязки, борясь с желанием, в ожидании выстрела зажать уши ладонями. Лешка, видимо, решил так же, протянув:


— Вот как… — Желая потянуть время, надеясь, что Толик и Виктор не задержатся в поиске, неожиданно предложил: — Может, чая? Или лучше парного молока? Наверное, давно не пробовали…


Гости обрадовались, соглашаясь. Они-то все больше консервами питались. Впрочем, иногда им улыбалась удача подстрелить какую-нибудь дичь или собрать грибов, фруктов. Два года на таком корме… После любкиных обедов, Свету аж затошнило от одной только мысли.


Лешка скользнул на кухню, на мгновение привалившись спиной к поленнице и прикрыв глаза. Заметив их, приложил палец к губам, призывая и далее хранить молчание. Достав три стакана, налил до краев молока из оставленного ею посреди кухни ведра. Решил, как в старину, разделить с гостями трапезу? Ох, сомневалась Света, что с дурными людьми это сработает… Да и в их время вряд ли кто помнит этот обычай, оставшийся в древности другого мира.


Минут пять за стенкой обсуждали лишь молоко и козу, с которой Лешке, несомненно, повезло. А затем любопытство таки победило страх и подозрительность, а может, незнакомцы настолько расположили парня к себе, что он не выдержал:


— И какую же вы преследуете цель?



— Перепись населения, — точно гром среди ясного неба, раздался от входа голос Толика. — Точнее, точек обитания человека.


— Обманул, значит, что не видел других людей, — хмыкнул старший, судя по всему, делая большой глоток.


— А многие говорили правду? — усмехнулся Толик, и тихо скрипнул его стул.


— Нет, — обиженно протянул младший спутник.


— И их можно понять, — вступился за радушных хозяев старший. — Времена нынче такие. Жизнь на осколках цивилизации тяжела, а люди, увы, остались прежними. Кто-то готов строить новую жизнь собственным трудом, а кто-то так и остался потребителем, наживающимся за счет других. Поди, разбери сразу…


— Так вы поэтому тоже смолчали, что видели других выживших? — допер Лешка.


— Разумеется. Что мы, собственно, знали о вас? Что ж, спасибо за угощение, пойдем мы дальше.


Они поднялись, и Лешка вдруг окончательно оттаял, попросив подождать. Вновь вбежав на кухню, перелил молоко в пластиковую пол-литровую бутыль, завернул в газету полбуханки хлеба, выпеченного из концентрата, бросив на Любу виноватый взгляд. Но та лишь махнула рукой, позволяя.


Когда голоса незнакомцев затихли, как и их шаги, они вышли в залу. Лешка был потерян, не зная, как оправдаться перед товарищем, Толик хмурился, задумчиво барабаня пальцами по столешнице.


— Надо скорее перебираться на новое место, — припечатал он. Нет, они уже начали планировать переезд в обозримом будущем, но покинуть насиженное место готовы пока не были.


— Думаешь, “перепись” всего лишь прикрытие? — тихо спросила Люба, опустив сковороду на стол.


Толик передернул плечами:


— Да не похоже вроде. Но когда мы столкнулись в лесу, я видел у них карту с пометками. Если она случайно попадет в руки грабителей, — жди беды…


Света вздохнула, обняв любимого со спины. Что ж, может, это был знак свыше? Несмотря на близость к источникам остатков продуктов и прочих полезных в хозяйстве вещей, оставаться в городе было довольно опасно. Да и детей без присмотра никуда не отпустишь, а за городом, наверное, потише будет: чистая вода, травка, лес...


© Захарова И.Ю. 2020

Мы на других ресурсах

Ваттпад. Лого для сайта мини.png
  • Black Vkontakte Иконка

Балашова Е.С., Захарова И.Ю. © 2018 — 2020